Tags: политическая наука

Быть ли отечественной политической науке на посылках у мракобесия?

          Есть мнение, что политология наукой не является. Скепсис по этому поводу проявляют не только представители естественнонауных дисциплин, фаворизирующие его величество эксперимент. Учитывая сие обстоятельство, Вернер Патцелт – автор популярного учебника «Введение в политическую науку» для студентов немецких вузов, посвятил отдельную большую главу изложению научных основ политологии. Вот выдержка из оглавления:

«Глава 2. Научно – теоретические основы.

I. Что такое наука?

1. Определение науки.

2. Научные правила игры.

3. Понятия, переменные величины, определения.

4. Высказывания как продукт и инструмент науки.

а) Эмпирические высказывания.

в) Нормативные высказывания.

с) Роль высказываний в процессе исследования

5. Теории и их функции.

6. Отличительные признаки, типологии и модели.

7. Объяснения.

а) Построение объяснений.

в) Отличительные признаки практически используемых объяснений

с) Объяснение через изложение.

8. Прогнозы.

II. Проблема оценок в политической науке.

1. Производство оценок как мотив политической науки.

2. Ценности и оценки как предмет политологического исследования.

3. О необходимости и надежности оценок на всех этапах исследовательского процесса.

III. Политическая наука в системе наук.»

          Следующая глава учебника посвящена методам и формам политологического исследования. Изложено обстоятельно, с убедительной претензией на руководство к действию для будущих политологов. Благо, спрос на научные кадры в этой сфере имеется, хотя и скромный.

          На российской почве, как известно, политическая наука приживается с трудом. Политолог в массовом сознании – нечто среднее между Павлом Глобой, ловко раскладывающим конспирологические пасьянсы, и бойким на язык Михаилом Веллером, обжигающим сердца людей острым глаголом. Сегодня дюжина дежурных политологов подобного рода кочует по центральным ТВ каналам дружной стайкой, потчуя досужего обывателя секретами политической кухни Кремля, Киева, Евросоюза или вездесущего Госдепа. Каков спрос, таковы и перспективы развития политологии, как науки.

          Ничего удивительного, что в очередную эпоху борьбы с тлетворным влиянием Запада, и без того неприкаянной заморской тетке предложили таки сложить опасный для национальных духовных скреп научный инструментарий. На первом съезде Всероссийского общества политологов, состоявшемся в Суздале 3 июля, начальник Управления внутренней политики Администрации Президента РФ Олег Морозов заявил: «в России настает время смыслов, ценностей и целей. Страна объединяется вокруг этих ценностей ‑ и сама становится точкой притяжения мировых сил, разделяющих эти ценности». По мнению председателя Комитета по конституционному законодательству и государственному строительству Государственной Думы Владимир Плигина, «У нас долгое время политологи сидели в этакой башне из слоновой кости: писали книги, разрабатывали учения, которые не всегда имели под собой практическую почву. Сейчас, когда в обществе усилились патриотические чувства, и политологи стали по-другому смотреть на свою деятельность. Первые советско-российские политологи 25 лет назад перевели западные книги на русский язык. Наша задача сейчас – сформировать свои векторы развития этой сферы, учитывая новые геополитические модели и становление нового миропорядка». Кстати, со слов нашего владимирского политолога Романа Евстифеева, не забыли участники Суздальского съезда политологов и о роли РПЦ в этом процессе.

          Посыл очевиден – последовательно и неуклонно проводить генеральную линию, стоять на страже тридиционных ценностей, конструируемых в тесных келейных коридорах власти. Политолог становится не представителем научного сообщества, а бойцом идеологического фронта, агитатором и пропагандистом. Только в этом, и ни в чем другом состоит его полезность и только под эти задачи выдается бюджетный паек.

          Будем справедливы, отсутствие экспериментальной основы у политической науки увеличивает шансы попадания в нормативные ловушки. Чего стоит одна транзитология. Прочная убежденность в том, что все страны когда - нибудь неизбежно примут одну из моделей демократии западного образца, заставляет политологов искать движуху там, где ей может быть совсем не пахнет, и никогда не будет пахнуть. Но политологи располагающие своим, пусть и несовершенным инструментарием, приводят аргументы, опираясь на эмпирические данные. Они строят гипотезы, доказывают, опровергают, словом занимаются наукой в свободном научном пространстве без вахтеров и соглядатаев. Никто не устраивает охоты на ведьм, не подвергает остракизму, не изводит оппонентов до маргинального состояния.

          Да не закатает отечественную политическую науку каток мракобесия.    

Слово о социальных науках

Бытует мнение, что науки гуманитарного и социального профиля намного легче естественнно – научных дисциплин, особенно тех, где безраздельно господствуют математические вычисления. Так думают и студенты Владимирского филиала Российской академии Госслужбы. Ровно 50% опрошенных относят именно математику к самым сложным наукам. А вот за историю в этом смысле не высказался ни один человек. По необъятным просторам исторического пространства и времени, как считается, можно плавать относительно легко и непринужденно, ведь здесь суровый судья – эксперимент не приставлен.

Политическую науку, увы, тоже считают чем то вроде гимнастики ума с произвольной программой. Неудивительно, что на сей научной поляне пасется самая разношерстная публика. И приходят не с пустыми руками, а с целыми мешками семян профанации, которые начинают активно метать во все стороны, причем с большой высоты, так, чтобы достать до самых до окраин, и достают, как это ни прискорбно констатировать.

Недавно, на семинаре по политологии, организованном Романом Евстифеевым, один из участников, ссылаясь на классиков квазинаучной политологической мысли М.Леонтьева и А.Дугина, всерьез заговорил о ценностной российской матрице с несмываемым клеймом Евразийства. Но как только дело дошло до конкретной ее характеристики, все стало расплываться далеко за национальные пределы. Социальные феномены, динамичные и универсальные, явно не дружат со статикой. Образ нынешней российской общественной архаики, при всей кажущейся схожести, далеко не тождественен тому, что был 100 или 200 лет тому назад. Все течет и все изменяется.

Еще в середине 19 века ученым удалось определить параллактическое смещение ближайшей к Солнцу звезды - Альфа Центавра. Как выяснилось, ее угловое смещение составляет всего 0,75”. Под таким углом зрения человеческому глазу видна проволочка толщиной в 1 мм. с расстояния 280 метров. Сегодня же параллаксы определяют с точностью до 0,001”. И это сделать намного легче, чем зафиксировать параллакс (смещение) в жизни общества.

Современная наука творит чудеса, у нее выросли неимоверно длинные руки, достающие до самых отдаленных уголков Вселенной. За последние 200 лет удалось довольно подробно исследовать сценарии звездной эволюции, проникнуть в тайны жизни галактик и даже невидимых глазу черных дыр. Однако надежной информации о своей собственной жизни за тот же период мы собрали непропорционально мало. Социум не возьмешь ни спектральным анализом, ни андронным коллайдером. Здесь для исследователя камни преткновения разложены уже на пороге, в виде терминов и определений. Вот тут собрались восемь незаурядных голов, поплавали по волнам национальной политики России, но без ясного намека на фарватер. http://www.youtube.com/watch?v=4ImAZCcMutw

Социальные феномены – явления очень комплексные, неподдающиеся монокаузальным объяснениям. Наивен тот, кто, к примеру, списывает распад СССР исключительно на ошибки горбачевской политики, происки Запада или резкое падение цен на углеводороды. Именно поэтому дисциплины социального профиля требуют особенно тщательного внимания к мельчайшим деталям. Эффект обтекаемости должен быть минимизирован, в противном случае предмет исследования рискует расплыться как пиво по столу. Увы, пока у нас все больше такой сценарий.  

Политическая наука Германии перед новыми вызовами


Турбулентные, непредсказуемые потоки внутренней и внешней политики бросают политической науке все новые вызовы: еще недавно, казавшиеся незыблимыми политические режимы арабских стран распались всего за несколько месяцев и вместе с ними исчезла всякая определенность; атомная катастрофа в Японии перевернула с ног на голову всю энергетическую политику Германии; Дания вновь вводит пограничный контроль. Кажется, что в сегодняшней политике ничего не может быть стабильным и предсказуемым. Но как и прежде, от политической науки ожидают понятных, аргументированных объяснений и прогнозов. Почему, к примеру, НАТО совершает интервенцию в Ливию, но не в Сирию, или насколько опасны центробежные силы внутри Европейского Союза?

Долгое время было само собой разумеющимся, что в Германии политическая наука как учебная дисциплина делится на 4 области: «политическая теория», «политические системы», «международные отношения» и «методы социально – политических исследований». Кто их осваивал, тот мог с полным правом называть себя политологом. Однако сегодня все не так просто. Политика стала более комплексной и многогранной. Вместе с ней меняется и политическая наука. Появились узкоспециализированные дисциплины политологического профиля, такие как European Studies, Gender Studies, Public Management and Governance. Учебный план охватывает не все классические области политической науки, а только одну и она изучается интенсивно. Тот, кто изучает Международные отношения способен объяснить, почему Пакистан не присоединился к договору по ядерному оружию, но при этом он может не знать как функционирует немецкий федерализм.

Некоторые специалисты считают, что вследствии своей значительной фрагментации предмет «политическая наука» испытывает кризис идентичности. Михаэль Гревен из Гамбургского университета говорит даже о фактической ликвидации дисциплины. Чтобы выправить положение, он требует канонизации преподавания, т.е. создания минимального незыблимого фундамента политической науки, на котором могли бы покоиться все четыре области дисциплины. 

Политическая наука пользуется популярностью. На более чем 200 университетских факультетах 324 профессора преподают дисциплину 31,400 тыс. студентам. 2200 человек заняты написанием докторских (кандидатских) диссертаций.

Зачем обществу так много политологов? Немецкие исследователи пришли к выводу, что рынок труда для политологов очень широк и охватывает практически все общественные сферы. Четверть выпускников – политологов остаются при университетах на преподавательской и исследовательской работе, 15% находят себе применение в структурах государственного управления, 12% работают в отделениях политических партий и общественных организациях, 8% подаются в журналистику. Немногим удается прыжок в политику. Из 621 члена немецкого бундестага (парламента) 55 человек являются политологами по образованию. Таким образом, политологи занимают здесь третье место, уступая только юристам и экономистам.

Изучение «политической науки в университете не дает определенной профессиональной квалификации. Поэтому для студентов – политологов важно еще в процессе учебы выбрать профессиональную ориентацию. Это помогает сделать практика, волонтерская деятельность и подработки в различных организациях. Кроме того, большое значение имеет стажировка за границей. Для изучающих политическую науку очень важен гибкий учебный план, предоставляющий достаточно свободного пространства. Однако жестко структурированная болонская система со ступенями бакалавра и магистра едва ли дает такую возможность. В этой связи, некоторые немецкие университеты пытаются самостоятельно расширить учебные рамки, предоставить студентам время для прохождения практик (в том числе и зарубежных), твердо сохраняя за ними учебные места.

Collapse )

О политической науке и книге А.Кынева / А. Любарева


Партии и выборы в современной России

Политическая наука в Германии имеет сравнительно короткую историю. Ее становление произошло под влиянием итогов Второй Мировой войны. Сегодняшняя Германия это страна с хорошо укорененными институтами демократии, высоким уровнем культуры гражданского и политического участия граждан. Именно с этим обстоятельством, и ни с каким другим, связаны достижения немцев в области экономики, социальной защиты населения, экологии, здравоохранения....

Демократическая форма, как известно, совершенно не потентна без адекватного содержания, а содержание сие приобретается только посредством политической социализации. Среди большого количества факторов, оказывающих влияние на социализацию личности важную роль играет учебная и научная литература.

Практически в каждом книжном магазине Германии в разделе «Политология» вы обнаружите порядка 200 – 300 книг: учебников, научных монографий, сборников, словарей... Практически каждый университет Германии, будь он столичный или периферийный, имеет факультет политической науки и везде кипит научная работа. Плоды этой работы пожинает немецкая публика - школьники, студенты, ученые мужи и просто интересующиеся политической наукой граждане. У всех есть возможность познакомиться с теориями демократий, политической системой Германии, ролью политических партий и избирательных систем, исследованиями в области политической культуры....

В российских книжных магазинах тоже имеются отделы «Политология», но к сожалению они заполнены трудами всех кого угодно, только не профессиональных политологов. Здесь сочинения журналистов, публицистов, историков, писателей, разного рода технарей, в одночасье решивших стать политическими консультантами. Многие из них узрели в политической науке дойную корову, с которой можно рубить, так, между делом, легкую капусту. Конечно есть еще обыкновенные учебники политологии, их много, но в них представлены, как правило, очень краткие обобщенные сведения о предмете. Достаточно убог ассортимент даже в главном книжном магазине страны – московском «Библио – глобусе» на Лубянке. Два года назад в отделе «Политология» мне удалось откопать там одну единственную вещь, писанную профессиональным политологом – Роберт Даль «О демократии». Заметил ее не сразу, поскольку небольшая, в тонком переплете книжица была плотно зажата толстенными трудами А. Хинштейна и Ю.Мухина. Вызволил, глянул на цену и удивился – уценка на 50%. Видимо в связи с тем, что демократия нынче не в моде и это немногое решили слить. Шутка ли, Даль то один из колинкоров мировой политологии и с дидактикой на короткой ноге - пишет очень доходчиво, убедительно, иллюстрируя все на примерах. 

Обратил внимание, что политологией занимается множество вчерашних химиков, физиков, математиков, инженеров. Может быть это и не плохо, что люди решили вдруг посвятить себя изучению социальных явлений, однако головы многих технарей, насколько я вижу, насквозь пропитаны утилитаризмом и никак не хотят принимать живительной влаги дрожжей гуманизма. Вот и разводят они бесконечные хороводы вокруг сакрализированного Левиафана, в сетях которого человек с его проблемами совершенно исчезает из поля зрения. Такие «политологи» формируют у читателей политическую культуру послушного подданного, безучастного созерцателя, готового дать причесать себя под гребенку власть придержащих.

К чему я все это? А к тому, что сегодня у меня маленький праздник. Получил я по ссылке А.Кынева (хорошо еще, что зафрендил его ) вот эту превосходную книгу http://alexander-kynev.livejournal.com/ Теперь в моей политологической библиотеке целых 4 книги на русском языке. Огромное спасибо авторам !!! Они сделали архиважное и архинужное дело. Жаль только, что тираж издания всего навсего 2 тысячи экземпляров. Книга быстро разлетится по десятку академических углов, да осядет в библиотеках немногих политологов. Удивительно, но авторы - А.Кынев и А.Любарев сомневались в необходимости и актуальности издания такой книги, ссылаясь на то, что проблемы эволюции партийной и избирательной системы уже были вполне глубоко проанализированы их предшественниками: Г.Голосовым, Ю.Коргунюком, З.Зотовой, Г.Михалевой. А где собственно можно ознакомиться с трудами означенных авторов ? Где ? Книги то отечественных политологов практически недоступны массовому читателю. Они дислоцируются только на полках элитных университетов, а в магазинах их нет, ни в реальных, ни в виртуальных.

А ведь наш владимирский политолог Роман Евстифеев пожалуй прав  http://evstifeev.livejournal.com/1043544.html  Нет у нас еще политической науки, нет.